Восстание на броненосце «Потемкин» - предпосылки и последствия

Восстание на броненосце «Потемкин»

Восстание на броненосце «Потемкин» стало одним из самых заметных событий русской революции 1905-1907 годов. К тому же, это был первый случай в революционной истории России, когда на мятеж поднялась целая воинская часть.

 

 

Подготовка восстания на Черноморском флоте

 

Одной из главных предпосылок к революции 1905 года стала крайне неудачная для России Русско-японская война. Россия потеряла не только свои территории, в частности, крепость Порт-Артур, но и большую часть своего флота, который был разбит в Цусимском сражении. И хотя в военных действиях на Дальнем Востоке участвовали корабли Балтийского флота, по стране ходили слухи, что им могла понадобиться и помощь черноморцев. В среде матросов зрело недовольство, отправляться на войну никому не хотелось. События же 1905 года еще более накалили обстановку в стране. «Кровавое воскресенье» 9 января, и последовавшие за ним акции революционного террора внесли жизнь России крайнюю нестабильность.

Социал-демократические кружки существовали на Черноморском флоте еще с начала ХХ века. В 1904 году их объединили в единую организацию. Официально она называлась Севастопольская партийная организация, или «Севастопольская централка», как ее просторечно именовали матросы. Выполняя решения III съезда РСДРП, где был взят курс на вооруженное восстание, «централка» начала подготовку восстания, намеченного на осень 1905 года. Но революционная ситуация стала развиваться значительно активнее, чем предполагали сами революционеры.

В начале лета случились волнения солдат Севастопольской крепости, которых поддержали матросы двух кораблей. Это заставило «централку» срочным образом пересмотреть свои планы и перенести сроки предполагаемого восстания уже на лето 1905 года. Но среди воинственно настроенных моряков, команда броненосца «Потемкин» считалась среди руководителей революционной организации едва ли не самой бесперспективной. Поэтому так неожиданны для всех стали последующие события.

События на броненосце

Броненосец «Князь Потемкин Таврический» был самым новым кораблем на черноморском флоте. Он только что завершил свои ходовые испытания и теперь приступил к испытаниям вооружения. Так как при строительстве броненосца были допущены некоторые просчеты, и к тому же случилась авария, небольшой пожар в котельном отделении, «Потемкин» был вынужден долгое время находиться  в доках на доработке. Это сослужило ему плохую службу, так как команда, вынужденная постоянно общаться с рабочими – судоремонтниками, невольно была захвачена революционной агитацией.

Команда броненосца насчитывала 781 человек, из которых было лишь 15 офицеров. Подавляющее большинство матросов были молодыми людьми, и «Потемкин» был их первым кораблем. Так же в поход взяли 23 рабочих с судоремонтного завода, которые должны были ликвидировать мелкие заводские недоделки корабля.

12 июня 1905 года «Потемкин» вышел в море из бухты Севастополя и направился к традиционному месту проведения учебных стрельб на Тендровской косе. На следующий день один из сопровождавших «Потемкина» миноносцев был отправлен в Одессу, которая находилась в сотне морских миль,  для пополнения запасов продовольствия. В тот момент в городе  в самом разгаре была забастовка рабочих, многие магазины были закрыты, но матросам  удалось к концу дня добыть все необходимые продукты. Правда, мясо нашлось только у единственного продавца, купца Копылова. Свежесть говядины вызывала некоторые сомнения, но достать что-то лучшее в необходимом количестве было невозможно. На обратном пути к местам стрельб, миноносец вынужден был оказать помощь терпящей бедствие рыбацкой лодке, что несколько задержало его. В результате, к тому моменту, когда мясо попало на камбуз броненосца, оно уже несколько дней пребывало в условиях жаркой погоды, что не смогло не сказаться на его качестве. Холодильных установок на военных кораблях в то время не было. Этому протухшему мясу суждено было сыграть роковую роль в истории броненосца «Потемкин».

Начало восстания

14 июня 1905 г. из половины несвежей говядины был сварен борщ, а оставшиеся туши были развешаны на спардеке, для того, чтобы «проветрится». Именно там их и обнаружили матросы, заступавшие на утреннюю вахту. По кораблю тут же поползли слухи о тухлом мясе и призывы не есть борщ.

В обед команда отказалась от пресловутого борща. Слухи о неповиновении команды дошли до капитана, и тот поднялся на ют, чтобы лично разобраться, в чем причина недовольства. Капитан попросил Смирнова  освидетельствовать борщ, что тот и сделал, подтвердив его съедобность, однако, не пробуя его лично. Далее командир корабля приказал тем, кто согласен с мнением доктора отойти к одному из орудий, тем самым желая отделить бунтующих матросов  от более лояльных. Сначала к орудию вышли наиболее преданные капитану члены команды, но остальные прекрасно знали, что будет, если их причислят к бунтовщикам, поэтому сначала робко, а потом и более смело люди начали переходить на сторону капитана. По-видимому, опасаясь, что все матросы проявят лояльность и наказать за попытку бунта будет некого, старший офицер Гиляровский неожиданно приказал переписать фамилии тех, кто остался в строю бунтовщиков, для последующих разбирательств и наказаний.  Эти 30 оставшихся матросов,  скорее всего, просто замешкались с переходом, чем намерено решили продолжить бунт. За товарищей немедленно вступилась вся остальная команда. Именно факт наказания ни в чем не повинных людей, а совсем не революционная агитация и даже не тухлое мясо в борще,  привело в конечном итоге к настоящему вооруженному бунту на корабле.

События развивались стремительно и непредсказуемо. Вскоре весь корабль перешел в руки восставших матросов. В отчаянье капитан приказал верному ему офицеру взорвать броненосец, путем поджога крюйт-камеры. Но до камеры тот добраться не смог, и сам капитан вскоре был убит восставшими матросами.

Вскоре бунтовщиками был захвачен и миноносец №267. Это случилось главным образом из-за того, что он не смог вовремя уйти из-за ряда неисправностей и досадных случайностей на борту. Капитан миноносца был схвачен и переведен на «Потемкин», а на корабле постоянно находились несколько матросов с броненосца для того, чтобы следить за тем, чтобы он не ушел. Этими фактами опровергается версия советских историков о том, что экипаж миноносца добровольно поддержал восстание.

Восстание матросов увенчалось успехом, два корабля были в их распоряжении, был сварен новый обед для команды, но что делать дальше они не знали. Командование принял на себя минно-машинный квартирмейстер А.Н.Матюшенко. На собрании команды броненосец был объявлен «территорией свободной России», и было принято решение уходить в Одессу.  Оставаться у Тендровской косы было нельзя, так как сюда вскоре должна была прибыть вся черноморская эскадра. 

Ситуация в Одессе

В Одессе в то время было очень неспокойно. Помимо непрекращающихся стычек народа с полицией, происходили события гораздо более серьезного значения.  Уже более месяца длилась «Всеобщая стачка» рабочих. Городская жизнь была буквально парализована, так как забастовкой были охвачены все промышленные предприятия города, от крупных заводов до мелких мастерских. Тех, кто выражал желание выйти на работу,  их же товарищи силой и побоями принуждали к дальнейшему участию в забастовке.

Для поддержания общественного порядка в город были введены казацкие части. К тому же начали стихийно создаваться отряды самообороны, состоящие в основном из еврейского населения, опасавшихся погромов, которые уже случились во многих других частях страны.

Революционные силы в городе были представлены двумя организациями: большевистской и меньшевистской. Под влиянием обстоятельств, они  были вынуждены объединиться в единую «Соединенную комиссию», которая также включала и членов Бунда.

Забастовке не суждено было остаться мирной, 13 июня 1905 года произошло первое столкновение рабочих завода сельскохозяйственных машин с полицией. В результате погибло 2 человека. Этот инцидент дал толчок к ряду дальнейших стычек между рабочими и полицией, причем имели место сознательные провокации со стороны бастующих, в отряды казаков и полицейских стреляли и метали бомбы с верхних этажей домов, был убит старейший городовой Одессы. И именно в самый разгар этих беспорядков, в порт города вошел мятежный броненосец «Потемкин».

 В Одессе

К вечеру 14 июня 1905 г. «Потемкин» бросил якорь на рейде Одессы. В город были посланы команды для пополнения запасов продовольствия, и топлива. Также были посланы два курьера к представителям социал-демократической организации города, которые не замедлили прибыть на борт корабля уже ранним утром следующего дня.

Для революционеров Одессы, прибытие в порт мятежного броненосца было прекрасным способом развить свой успех. Тут же начали печататься обращения к жителям Одессы и войскам гарнизона с воззваниями поддержать восстание. В порту тем временем начал собираться стихийный митинг, который полиция разогнать не смогла ввиду своей малочисленности. Когда же одесские власти попытались ввести в порт войска, броненосец дал знак, что готов открыть стрельбу. Он поднял на мачту сигнальный флаг, который называется «Наш», и в морской сигнальной системе означает «Веду стрельбу». Красный цвет флага позже был неправильно истолкован как красное революционное знамя.

Войскам Одесского военного округа приказано было окружить порт, так как городские власти решили, что именно там собрались все наиболее опасные революционные силы. В порт войскам заходить было запрещено, из-за угрозы открытия огня с «Потемкина».

А тем временем сам броненосец готовился принять возможный бой с кораблями черноморской эскадры, которая должна была вскоре подойти к Одессе. Призыв социал-демократов к высадке десанта и захвату ключевых пунктов города остался без поддержки среди мятежного экипажа.

В оцепленном войсками порту начались крупные беспорядки. Еще утром, помимо революционно настроенных рабочих, как это всегда бывает, в порт начали стекаться и преступные элементы. Пользуясь отсутствием полиции, они стали грабить портовые склады, начались погромы, в разных местах вспыхивали пожары. Войска весь день стояли вокруг порта, никого оттуда не выпуская, но и происходящему внутри никто не мешал. Лишь с наступлением темноты был дан сигнал к началу приступа, войска ворвались внутрь,  расстреливая тех, кто пытался вырваться в город. Результатом этого штурма явилось большое число  убитых и раненых, а сам порт был практически разгромлен.

В Петербурге узнали о мятеже на броненосце «Потемкин» еще утром 15 июня. Донесение Министру внутренних дел было основано на рассказе одного из матросов миноносца №267, которому ночью удалось сбежать с корабля на шлюпке. Правительство пребывало в тревоге и растерянности, единственной мерой, которая была предпринята сразу – это ужесточение цензуры. Всем газетам запрещалось печатать любые заметки по поводу происходящего, так как власти боялись начала полномасштабной гражданской войны. Николай II объявил Одессу на военном положении, чуть позже военное положение было объявлено также в Севастополе и Николаеве.

Утром 17 июня «Потемкин» вышел в море, навстречу подходившей эскадре, готовясь принять бой и возможно найти свою гибель. Мятежники решили огонь первыми не открывать, но и пушки кораблей эскадры также молчали.  Эта ситуация позже была названа историками «Немым боем».

После того, как «Потемкин» без единого выстрела прошел мимо эскадры, неожиданно взбунтовалась и  отказалась выполнять приказы своих офицеров команда броненосца «Георгий Победоносец». Но здесь обошлось без крови, все офицеры были высажены на берег. Теперь уже два мятежных броненосца возвратились на рейд Одессы. Опасаясь за благонадежность команд остальных кораблей, эскадра снова отошла в море, командованием было принято решение уходить в Севастополь, а уже оттуда направить несколько миноносцев с приказом торпедировать восставшие корабли.

18 июня находящиеся на борту «Потемкина» социал-демократы направили городским властям очередное воззвание от имени матросов, в котором требовали вывода войск из Одессы, установления народовластия, амнистию всем политзаключенным и доставки на борт корабля угля и провизии.

В это время команда «Георгия Победоносца», на борту которого не было революционно настроенных людей, постепенно стала склоняться к тому, чтобы сдаться властям. Пройдя мимо «Потемкина», «Георгий Победоносец» встал на якорь между ним и портом, тем самым защищая собой город от пушек «Потемкина», и вскоре оповестил городские власти о сдаче. Теперь уже пушки «Георгия Победоносца» стали опасны для восставших.  На «Потемкине» началась паника, одни требовали открыть огонь по изменнику, другие советовали последовать его примеру. Когда паника немного успокоилась,  на броненосце решили покинуть одесский порт, и отправиться к берегам Румынии.

В Констанце

По прибытии в порт Констанц,  с мятежного корабля румынским властям было подано два «обращения», составленных остававшимися на борту профессиональными революционерами. «Обращение ко всему цивилизованному миру» гласило, что моряки ведут борьбу за свержение самодержавия, а в «Обращение к иностранным державам» заверялось, что действия моряков не несут ни малейшей опасности для экономических интересов иностранных держав в данном регионе. 

Румыны предложили экипажу броненосца сдаться в качестве военных дезертиров, в этом случае им не грозила депортация в Россию и была гарантирована личная свобода. Снабжать же корабль углем и провизией власти Констанца отказались. «Потемкин» не принял такого позорного предложения  и снова вышел в море с целью вернуться в Россию для продолжения борьбы.

В Феодосии

22 июня мятежный броненосец бросил якорь у берегов Феодосии. На его борту красовались самодельные транспаранты «Свобода. Равенство. Братство» и «Да здравствует народное правление!». Опасаясь обстрела города, власти Феодосии согласились доставить на корабль провизию, но так же как и в Констанце, отказались снабдить его топливом.

С броненосца поступил ультиматум, о том, что если уголь не дадут, корабль откроет огонь по городу. В Феодосии срочно объявили военное положение, жителям было рекомендовано покинуть город, а в порт тайно были введены войска.

Отчаявшиеся матросы хотели самостоятельно завладеть баржами с углем, которые находились в порту Феодосии, но в ответ на их вылазку, войскам было приказано открыть огонь. Испытывая нехватку топлива, «Потемкин» покинул Феодосию, так и не сделав по городу ни одного выстрела, и вновь взял курс на Румынию.

Сдача мятежников

Снова прибыв в Констанц, 25 июня  мятежники уведомили румынские власти о том, что согласны принять их предложение о сдаче. Броненосец был введен в порт, и на его мачте был поднят румынский флаг. Матросов свезли на берег и впоследствии предоставили им возможность для поселения в различных частях страны. Сам же корабль был через несколько дней передан подошедшей русской эскадре под командованием контр-адмирала Писаревского. «Потемкин» был отбуксирован в порт Севастополя, а позже, чтобы стереть даже память о восстании был переименован в «Пантелеймон».

Последствия восстания

Из всей команды броненосца «Потемкин» сразу на родину возвратились 54 человека. Все они были преданы суду вместе с 13 моряками с миноносца № 267. Суд состоялся 17 февраля 1906 года, троих «потемкинцев» приговорили к смертной казни, но впоследствии, в связи с царским указом о смягчении наказаний для политических преступников, совершивших свои деяния до издания Манифеста 17 октября 1905 года, казнь была заменена 15 годами каторги. Также, к каторге были приговорено еще несколько человек, все же остальные были направлены в арестанские роты.

Во время этапирования каторжников к месту отбытия наказания, несколько из них совершили отчаянную попытку бежать из-под стражи, но были пойманы и расстреляны на месте.

В последующие годы, до Февральской революции в Россию вернулось еще 138 матросов «Потемкина». В 1907 году нелегально вернулся на родину и предводитель восставших А.Н.Матюшенко. Вскоре он был арестован в городе Николаев по обвинению в анархизме и 15 ноября 1907 года расстрелян в Севастополе как руководитель восстания на «Потемкине». Это был единственный приведенный в исполнение приговор о смертной казни в отношении команды броненосца.

Большая же часть матросов продолжала жить в Румынии, и вернулись они уже только после революции 1917 года, освободившей их от судебной ответственности за восстание на корабле. При новой власти они стали считаться героями.